– Али Баширович, отрасль постоянно живет в режиме реформ. Насколько критичны для ваших членов изменения, вступившие в силу в июле?

– СРО «Гильдия строителей СКФО» новшествами законодательства не удивить – модернизация отрасли в последние годы идет непрерывно. Мы идем к возрастанию ответственности членов ассоциации за качество, плотнее работаем по цифровизации и настойчивы в строгости нормативов по входному контролю материалов. Текущие изменения фундаментальны. Новые ГОСТы требуют от строителей не формального подхода, а глубокой перестройки процессов. Это касается всех: от инженеров ПТО и сметчиков до руководителей строительных лабораторий. Планируем серию рабочих встреч и профильных семинаров, где разберем применение ГОСТов на практике: от актуализации локальных сметных решений до изменения программ контроля качества. Нужно обеспечить стопроцентное соответствие новой нормативной базе, чтобы минимизировать риски подрядчиков при сдаче объектов и прохождении экспертиз.

– Дагестан – это регион с потенциальной сейсмикой 8–9 баллов. Насколько нынешние нормы способны защитить республику, если мы до сих пор работаем по «добровольным» стандартам?

– Давайте называть вещи своими именами: для нас это вопрос выживания, а не юридических правок. Свыше 70 % территории республики относится к зонам чрезвычайной опасности, где колебания земной поверхности могут достигать 8–9 баллов, а на юге – и до десяти. При этом, к сожалению, мы унаследовали критическую проблему: базовые своды правил, например, «СП 14.13330.2018», которые отвечают за строительство в сейсмических районах, во многом до сих пор носят рекомендательный характер. Надеяться, что в условиях хаотичной застройки каждый застройщик будет «по совести» исполнять добровольные требования, – наивно. Более того, у нас практически отсутствует сеть современных сейсмометрических станций для мониторинга ситуации, а карты сейсмического районирования не обновлялись более 30 лет. Мы в Гильдии настаиваем: нормы сейсмического строительства в Дагестане должны быть переведены в разряд жестких и обязательных.

– Если говорить об итогах работы отрасли за истекший период, как выглядит «фундамент» нынешнего состояния строительного комплекса Дагестана?
– Картина неоднозначна. С одной стороны, объём выполненных работ вырос до 247,9 млрд рублей. Регион получил мощные федеральные субсидии на инфраструктурные проекты – это строительство и модернизация систем водоснабжения, канализационных очистных сооружений, объездных дорог крупных городов. Мы видим рост инвестиций в социальные объекты, берегозащитные работы и переселение людей из оползневых зон. Федеральный центр нас услышал. Но есть тревожная часть. По жилью мы получили почти двукратное падение ввода: за 11 месяцев 2025 года – 1,3 млн кв. м против 2,8 млн годом ранее. Но страшнее не сами цифры, а структура. 70 % вводимого жилья – это малоэтажные дома, которые вообще никак не регулируются властями. Они строятся хаотично, без архитектуры, без подключения к инженерной инфраструктуре. Проектов комплексного развития территорий – раз-два и обчелся. Поэтому мой главный тезис: инфраструктурный рывок – да, но в жилищном секторе мы продолжаем имитировать активность, закрывая глаза на хаос.

– Но ведь малоэтажку часто называют драйвером доступного жилья. Почему в Дагестане это превратилось в проблему?
– Потому что нет правил игры. Нет требования к застройщику построить сначала инфраструктуру, а уж потом дом. У нас часто наоборот: выросла улица коттеджей, а воды нет, канализация в реку, детский сад в трёх километрах, школа – в десяти. Мы не против малоэтажки. Мы за цивилизованную малоэтажку с инфраструктурой.

– Отдельно про Гильдию: что вы считаете главным практическим результатом работы Ассоциации за последний год?
– Мы перестали быть просто «копилкой для взносов». Главный результат – прозрачность. На сайте СРО появился раздел с данными по каждому из 675 членов: налоговая отчетность, послужной список, отсутствие в реестре недобросовестных поставщиков. Это мощный рыночный инструмент для заказчика. Кроме того, мы выстроили диалог с федеральным центром через Ассамблею общественных советов при Минстрое России. Региональная специфика – сейсмика, дефицит земель – наконец, начала доноситься до Москвы предметно.

– В последнее время вы уделяли много внимания прозрачности контрактов с казначейским сопровождением. Сталкивается ли сообщество с рисками здесь, и как СРО участвует в их снижении?
– Это для нас вопрос прямой ответственности. Итогом любых «серых» схем – будь то сомнительные цепочки субподряда или завышение объемов в актах – всегда становится низкое качество объекта. А конечные риски ложатся на нашу Ассоциацию. Мы перешли к тактике превентивного контроля: требуем расшифровку субподряда, внедряем внутренние рейтинги прозрачности и готовим предложения по созданию «белых реестров» субподрядчиков. Стройка должна быть прозрачной на всех этапах.

– Вы часто отмечаете, что одной из ключевых проблем отрасли является недостаточная квалификация специалистов на стороне госзаказчика. Как это отражается на результатах, и какой выход вы видите?
– Это «ахиллесова пята» системы. Конкурсная документация с ошибками, победитель выбран «по бумажке», а акт приемки подписывается «на глаз». Чтобы разорвать этот круг, мы предложили Правительству РД создать координационный штаб с участием Минстроя, прокуратуры и общественных экспертов для «разбора полетов» в реальном времени. А при нем – антикоррупционный комитет для аудита крупных контрактов. Если мы научим заказчиков работать системно, опираясь на экспертную помощь СРО, мы сможем исправить ситуацию.

– Насколько Дагестан готов к цифровому рывку – ТИМ, ИИ, электронная документация?
– Будем реалистами: сегодня мы находимся на уровне «лопаты и бумажки». ИИ – это завтра, а сегодня нам не хватает даже элементарных IT-специалистов. Мы пока не доросли до ИИ, нам нужно завершить качественную цифровизацию документов и поднять престиж профессии, чтобы талантливая молодежь видела в стройке индустрию, а не ручной труд.

Газета "Дагестанская правда", выпуск 2026 № 111